Топ-100
 
Джефф Уоррен
Писатель, удостоенный наград, и инструктор по медитации, не удостоенный наград
Перевод статьи Ульяна Жилина

Злой двойник просветления

В течение трех недель после первого ретрита все было отлично, но вдруг, по словам Ганса, «что-то изменилось».
Исследование теневой стороны медитации

В 1974 году Гансу Бургшмидту исполнилось шестнадцать лет, он жил в канадских прериях и дни напролет проводил в темной фотостудии по локоть в химикатах. «Разве это жизнь?», – спросил он как-то раз школьного друга. «Тебе нужно помедитировать», – последовал ответ. Вскоре после этого Ганс посетил лекцию в местной библиотеке, где мужчина в костюме рассказал о научных преимуществах релаксации. Он нажал «Play» на огромном видеопроигрывателе U-Matic, и на экране появился индийский йог Махариши Махеш, который посвящал «Битлз» в тайны Трансцендентальной Медитации (ТМ) и научил медитации тысячи западных последователей.

«Вас ожидает бесконечный океан покоя, любви и счастья», – сказал сияющий Махариши. Его распущенные волосы украшал цветочный венок. «Что может быть лучше?», – подумал Ганс и связался с местным главой TM.

Вскоре после того, как он начал свою практику медитации, в точности как было сказано в рекламе, он переместился из подвала своих родителей в мерцающее внутреннее пространство света, цвета и блаженства. «В конце концов, вы настолько расширяетесь, а мантра становится настолько совершенной, что вы попадаете в тихий источник мысли – это было чудесно».

Ганса зацепило. Затем он поступил на курсы повышения квалификации, а в конце 70-х годов отправился в Международный университет Махариши в Фэрфилде, штат Айова, в надежде стать гуру.

Но вскоре Ганс разочаровался. Возможно, дело было в сомнительном занятии по «левитации», или догматизме его коллег-гуру, или «почти оскорбительном» способе, которым школьный управляющий перегружал своих сотрудников. «Расхождения между тем, что было обещано, и тем, что происходило на самом деле, продолжали расти, – поведал мне Ганс, – в итоге мне пришлось идти дальше».

Так Ганс вступил на путь странствующего духовного искателя. Он постиг все основы New Age: изучил работы Ошо, а затем Да Фри Джона в 80-х, транс-ченнелинг, а также первичную терапию криком и переживание прошлой жизни в 90-х годах. Но снова и снова он разочаровывался в гуру или же в самой практике. Наконец, в 2006 году он встретил учителя, которому мог доверять, – одного из моих собственных учителей, по сути – буддийского ученого и будущего невролога-консультанта Шинзена Янга. «Без научной степени, обычного здравомыслящего парня, преподающего хорошо продуманную версию методов, которые были проверены буддистами в течение тысяч лет». Эта разновидность медитации называлась випассана, одним из важных и все более распространённых аспектов которой является «внимательность».

«Меня это вдохновило, – говорит Ганс, – это было куда более действенно, чем другие методы, которые я знал; я чувствовал ее силу».

В течение трех недель после первого ретрита все было отлично, но вдруг, по словам Ганса, «что-то изменилось». Полагаю, – говорит Ганс, – что эта техника, ускорила те процессы, которые уже шли внутри меня. Я имею в виду, что к тому времени я много медитировал в других традициях. Они ослабили меня. Как бы то ни было, я не думаю, что это могло произойти каким-либо иным образом».
«...Я чувствовал, как будто меня растянули и вывернули наизнанку, словно я превращался в какое-то животное. Я не понимал, что происходит – мне казалось, что у меня начался преждевременная болезнь Альцгеймера».
Ганс был дома, заправлял постель, когда комната внезапно показалась ему «очень далекой». Но изменилась не комната, а он сам. Часть Ганса, которая когда-то наблюдала за миром, ядро, которое мы считаем само собой разумеющимся «Я», без предупреждения исчезло.

Все мои мысли, все, что со мной происходило, – все это не касалось меня. Это вообще никого не касалось. Это был всего лишь спутанный поток ощущений, происходящих в космосе. Это было самое страшное и отчуждающее событие, которое когда-либо происходило со мной». Ганс живет с различными уровнями этого опыта в течение последних семи лет.

Чтобы понять, что случилось с Гансом, вам нужно узнать кое-что о том, как действует медитация вообще, и випассана в частности. Большинство способов медитации предназначены для того, чтобы перенести ориентацию человека с ограниченной индивидуальности на более широкую основу своего опыта. Випассана делает это, целенаправленно и систематически распутывая различные нити, составляющие наше чувство «Я» и мира. В языке пали (древнее индийское наречие священных буддийских текстов) слово «випассана» означает «видеть в» или «видеть сквозь».

Практикуя випассану, вы получаете больше пространства для принятия соответствующих ответов и еще больше пространства вокруг вашего замкнутого потока мысли, что может значительно уменьшить стресс и тревогу, а также повысить базовые уровни счастья и удовлетворения человека. Это одна из причин, почему практику внимательности выбирают тысячи клиницистов и психотерапевтов, и в настоящее время существует значительный объем научных исследований, демонстрирующих эти и другие ее преимущества.

Тем не менее большинство врачей, которые с таким энтузиазмом поддерживают практику внимательности, не понимают, к чему это может привести. Дело в том, что усиленная практика внимательности может проникать намного глубже ваших мыслей и ощущений. Она может прямо до самой сути показать то, кем вы являетесь – или, скорее, то, кем вы не являетесь. Потому что, как уже давно утверждают буддистские гуру и гуру из многих других созерцательных традиций, при тщательном расследовании, похоже, нет более глубокого «ты» там, где начинается видимость. «Ты» – это всего лишь хрупкий процесс идентификации, созданный потоком твоего цепкого разума – общее откровение в медитации, которое, по-видимому, совпадает со взглядами многих современных нейробиологов.

По сути классическим результатом успешной практики випассаны является постоянное распознавание непостоянства (anicca), отсутствия самости (анатта) и дуалистического напряжения или страдания (dukkha) всего нашего опыта, что очень похоже на пьесу Ибсена, но это – отчетливое эмпирическое переживание, о котором говорят многие мудрые практики. Для большинства людей этот сдвиг является самым глубоким положительным опытом в их жизни. По словам Шинзена Янга, «он позволяет человеку прожить в десять раз больше, чем они могли бы жить в противном случае, он освобождает их от большинства тревог и забот, дает им полную свободу и покой».

Но, время от времени, что-то идет не так. В буддизме это известно как попадание в «пропасть пустоты». Янг более современен: «Психиатры называют это деперсонализацией и дереализацией, или ДП / ДР. Я называю это «злым двойником Просветления».

В случае Ганса то, что началось с путаницы и дезориентации, в течение нескольких часов привело его к полной панике. Пустота была зловещей – по его словам, «пустой пустотой». В один момент мир казался далеким, а в другой слишком близким, «потоком» ошеломляющих ощущений. «У меня не было защитного барьера или оболочки – звуки и образы стали невероятно резкими. Звук телефонного звонка был похож на то, что кто-то пропустил через меня тысячи вольт электричества. Я чувствовал, как будто меня растянули и вывернули наизнанку, словно я превращался в какое-то животное. Я не понимал, что происходит – мне казалось, что у меня начался преждевременная болезнь Альцгеймера».
«...Я потерял всякую волю к тому, чтобы делать что-либо – ничто не имело значения. Можно сказать, что я больше не понимал смысла существования».
В течение следующих нескольких месяцев Ганс проводил много часов, беседуя с Янгом по телефону, но, несмотря на частые консультации, ни один из его симптомов не ушел – и, по его словам, отсутствие самости, необъяснимые ощущения и связанные с этим страхи стали еще более сбивать его с толку. Один за другим все значимые части жизни Ганса исчезли: его любовь к фотографии, искусству и даже сексуальное влечение.

«Я потерял всякую волю к тому, чтобы делать что-либо – ничто не имело значения. Можно сказать, что я больше не понимал смысла существования. Я просыпался по утрам и говорил себе: «Хорошо, это мое тело, это я, и я думаю, что чем-то занимаюсь. Но я больше не понимал этого. Я больше не понимал силу, которая заставляет другие тела двигаться, которая одушевляет жизнь. Иногда в этом недоумении было удивительное качество – я чувствовал благоговение и тайну – но большую часть времени это было бесцельно и мучительно».

Был ли у Ганса замедленный нервный срыв, не связанный с его практикой медитации? Или то был опыт деперсонализации, который вызвала именно медитация?

Он мог, хотя бы немного, продолжать работать, но, по его словам, он понятия не имел, как он мог этим заниматься, поскольку, как он говорит, «я часто не мог понять, что говорят люди – все, что я слышал, – было нелепой структурой их речевых форм, у которых не было смысла». Его собственные ответы также стали неожиданностью. «Временами я слышал, что говорю сам, и понятия не имел, откуда эти слова взялись или что они означают. Я чувствовал себя самозванцем».

Ганс не одинок. Если очень реальные преимущества внимательности дополняют историю психического здоровья в наши дни, то, как и у многих хороших вещей, у неё есть также теневой уровень, опыт, известный после сочинений Знаменитого кармелитского мистика Св. Иоанна Креста как «Темная ночь».

Многие люди, занимающиеся медитацией, начинают открыто говорить о трудностях, связанных с духовными практиками. Значимость этого нельзя переоценить, поскольку в научном сообществе есть люди, которые считают, что если серьезно воспринимать эти сообщения, то это может однажды дать ключ к пониманию как психических заболеваний, так и созерцательного преображения. На самом деле, они могут быть очень разными выражениями одной базовой динамики.

Некоторые исследователи уже изучают это. Уиллоби Бриттон занимается медитацией и является клиническим психологом в Университете Брауна. Почувствовав себя в таких сложных обстоятельствах, она начала амбициозный исследовательский проект, чтобы запечатлеть весь спектр явлений, которые могут произойти в ходе практики. Эта инициатива называется «Разновидности созерцательного опыта» (группа Бриттон только что опубликовала свою первую работу).
Полный спектр симптомов, от лёгких до тяжёлых, включает головные боли, панику, манию, спутанность сознания, галлюцинации...
За последние три года Бриттон и ее коллеги провели подробные интервью с более чем сорока высокоппоставленными буддистскими (и некоторыми небуддистскими) гуру и еще сорока или около того практикующими о сложностях, с которыми они либо сталкивались сами, либо, в случае гуру, наблюдали у своих учеников. Нынешний исследовательский проект не может ответить на вопрос о том, сколько практикующих сталкивается с трудностями, хотя Бриттон сообщила мне, что серьезные осложнения, которые требуют стационарной психиатрической госпитализации, вероятно, затрагивают менее одного процента медитирующих. «Более лёгкие, хронические симптомы, – говорит она, – могут осложниться, но никто точно не знает, насколько».

Полный спектр симптомов, от лёгких до тяжёлых, включает головные боли, панику, манию, спутанность сознания, галлюцинации, боль и напряжение в теле, непроизвольные движения, подавление эмоций, чрезвычайный страх и, возможно, растворение чувства собственного «Я».

Но, как она сообщила в недавнем интервью, самым удивительным открытием для Бриттон была продолжительность ухудшения, которую она определяет как неспособность взрослого работать или заботиться о детях. «Мы преднамеренно искали случаи наихудшего сценария, поэтому я ожидаю, что это число уменьшится, так как мы получим больше данных, но сейчас мы обнаруживаем, что люди в этом опыте подвергаются воздействию в среднем в течение трех лет с промежутком от шести месяцев до двенадцати лет».

Бриттон обнаружила, что, по-видимому, две демографические группы, больше других подвержены риску: молодые люди в возрасте от восемнадцати до тридцати лет, которые отправляются в многомесячные путешествия по Азии, занимаются сложными практиками, и медитируют от десяти до двадцати часов день. «Нам пришлось создать «Шкалу фанатика», – коротко говорит Бриттон, -«это был такой главный показатель». Другая большая группа, по ее словам, – женщины среднего возраста. «Эти дамы собираются, скажем, в Центре медитации Spirit Rock в течение последних десяти-двадцати лет, занимаются приятной практикой по часу в день, а затем через семь или десять лет с ними что-то происходит».

Ситуация осложняется тем, что период трудности на самом деле является совершенно обычной частью многих медитационных практик. Благонамеренный терапевт мог бы отнести к патологии случаи, когда то, что может быть более полезным для «пациента», – это занятия под руководством опытного учителя медитации. В рамках традиций випассаны, в некоторых классических текстах говорится о «дуккха-ньянах» – сложных этапах, которые на самом деле являются признаком развития. Это естественный отклик на обнажение новых уровней разума. С помощью учителя ученик может двигаться через свою Темную Ночь в течение нескольких дней или часов. Действительно, некоторые учителя утверждают, что навыки, которые практикующие приобретают при решении этих вопросов, часто позволяют им продвигаться к более освобождающим этапам пути.

Шинзен Янг пишет: «Конечно, почти каждый, кто занимается медитацией, проходит через периоды отрицательных эмоций, путаницы, дезориентации и повышенной чувствительности к внутренним и внешним откровениям. То же самое может произойти в психотерапии и других модальностях роста. Для подавляющего большинства людей характер, интенсивность и продолжительность таких проблем вполне поддаются контролю».

Согласно Янгу, настоящая Темная Ночь случается, когда, как и в случае с Гансом, практикующему трудно интегрировать понимание отсутствия своего Я. Это то, что, по его словам, он встречал только несколько раз за сорок лет практики гуру.

Возможно, удивительно, что исследование Бриттон пока не выявило каких-либо явных связей между сложностями медитации и предшествующей психиатрической или травматической историей. Сложности могут возникнуть у людей, у которых нет очевидных предпосылок к этому. Напротив, люди, у которых есть соответствующие показатели (биполярное расстройство, история травм и т. д.) могут заниматься интенсивными ретритами без каких-либо трудностей.

«Нам не стоит торопиться, – сказала Бриттон, – делать выводы и отрывать людей от возможных преимуществ медитации. Мое личное мнение таково, что наибольшее внимание следует уделять не тому, чтобы выявлять людей, находящихся в группе риска, а в том, чтобы улучшить систему поддержки».

Бриттон получает от двух до трех писем в неделю от людей, ищущих помощи, так что это то, о чем она много думает. «Достаточно просто говорить об опыте с кем-то и слышать, что все это не ново ... это очень хорошо влияет на людей. Это 80% процентов того, что нужно делать. Просто нормализуйте свой опыт». С этой целью она уже создала как пространство, так и веб-сайт для предоставления ресурсов нуждающимся практикам, а также для обучения преподавателей и врачей всему спектру эффектов медитации.

«Длительность нарушения напрямую связана с тем, насколько обеспечен доступ ученика к хорошему учителю. Многие из тех людей, с которыми я говорила, прошли через десятки терапевтов и инструкторов по медитации, большинство из которых не знают, что делать».

У Янга есть свои методы, помогающие медитирующим справляться с Темной Ночью. Ко всем прочим Ганс добавляет еще один: усиленный фитнес. «Пилатес, тяжелая атлетика, йога – я всем этим занимаюсь. Для себя я наконец понял, что мне нужно интегрировать эти изменения в мое физическое тело. В конечном счете, это то, что помогло мне выйти из трудного положения».

Спустя семь лет после его падения в пропасть пустоты, Ганс находится в лучшем состоянии. Не нормальном, заметьте – и здесь его смех немного истеричен: «Что нормального? Я все еще живу в пустоте и просыпаюсь каждое утро, не зная, кто я». Но он больше не испытывает приступов паники и не чувствует, как десять тысяч вольт электричества пронизывают его чувства каждый раз, как звонит телефон. Его сексуальное влечение вернулось, и с ним новое стремление к отношениям. Он также очень хочет помогать другим решать подобные проблемы.

«Требуется много терпения, – говорит он. – За последние семь лет слова одного учителя крутятся в моей голове: ''Если жизнь не дает тебе того, что ты хочешь, и не на твоих собственных условиях, найдешь ли ты ещё немного щедрости, чтобы проявить себя?''. На этот вопрос не так-то просто ответить ''Да''».

Джефф Уоррен



Об авторе. Джефф Уоррен – писатель, удостоенный наград, и инструктор по медитации, не удостоенный наград. Он является автором книги «The Head Trip» – путеводителя по сну, сновидениям и медитации – и работал с такими изданиями, как: The New York Times, The New Scientist, Discover, The Globe and Mail и других. В 2011 году Джефф основал «Клуб исследователей сознания», центр медитации и общения в Торонто, где люди занимаются личностным ростом через тщательно продуманные курсы, отступления, события и практические занятия. Он пишет о Клубе: «Мы берем идеи и практики из культуры и науки и интегрируем их с помощью игровых и экспериментальных методов с откровениями и практиками из созерцательных традиций мира, в частности буддизма и внимательности. Мы делаем это как сообщество и пытаемся дать возможность всем в сообществе развивать свои собственные миссии по пониманию и служению, а также делиться своими стратегиями невротической жизни, чтобы мы могли посмеяться над ними вместе, в духе удивления и сомнения».

Оригинал статьи http://psychologytomorrowmagazine.com/popuartic-enlightenments-evil-twin/
Мероприятия по теме:

Задача тренинга: ослабить неэффективные защиты и совершить удивительные открытия участников о себе.

Статьи по теме:
Made on
Tilda